Эта история всплыла случайно. Ученый секретарь Института зоологии Марина ЧИРИКОВА, рассказывая о краснокнижных животных Казахстана, посетовала: природоохранные структуры в регионах совсем не озабочены их защитой.
– В прошлом году я получила грант от Фонда Михаэля Зуккова в рамках Инициативы по пустыням Центральной Азии (CADI), – рассказывает Марина Александровна. – Район, в который мы поехали, был интересен тем, что 2 года назад там нашли крупную ящерицу, которой раньше в Казахстане не встречали. Вид оказался очень скрытным. Мы долго искали встречи с ним, пока не наткнулись на странный ров. Я глянула вниз, и мое сердце сжалось: 2 козленка, черепахи, другая живность – все обездвиженные, смирившиеся со своей участью. Достали их с глубины 2 метра 20 сантиметров, едем дальше – опять ров! Пришлось спускаться и 10 километров (!) идти по дну траншеи, собирая живых и мертвых желтопузиков, занесенных в Красную книгу Казахстана, восточных удавчиков и среднеазиатских черепах, занесенных в Приложение II Конвенции СИТЕС, змей, зеленых жаб, разноцветных ящурок…
Особенно пострадали желтопузики – большие, до метра длиной, безногие ящерицы. Взрослые черепахи выжили, но стали почти невесомыми. Двухлетние малыши, сантиметров 5–7 в диаметре, погибли. И еж разделил их участь.
Змеи, которым негде было укрыться, стали легкой добычей для хищных птиц – мы видели несколько просто разодранных особей. Видно, что их ели. Всё это очень удручало.
Даже найденные живыми и выпущенные подальше от ловушки пленники траншей были так истощены и обезвожены, что вряд ли могли о себе позаботиться.
Через месяц участники экспедиции приехали на то же место снова. Надеялись, что в этот раз картина не будет такой грустной: по крайней мере, у желтопузиков и черепах с середины июня активный образ жизни заканчивается – они уходят в укрытия. Но надежды на лучшее не оправдались. В траншее оказалось еще 63 представителя местной фауны, и почти все они были мертвы.
– Нельзя исключать, что вернулись и вновь попадали вниз те же самые бедолаги. Далеко мы не могли их унести – метров на 50, – говорят свидетели драмы.
Можно предположить, что внезапно появившаяся в цветущей степи траншея перекрыла животным путь “домой” – к их норам и гнездам, поэтому они так упорно стремились ее преодолеть. Взбирались на высокую насыпь и неминуемо катились вниз…
Траншеи хуже, чем дороги
Вернувшись из экспедиции, зоологи посмотрели снимки со спутника: траншей в Сарыагашском районе оказалось очень много. В общей сложности длина рвов составила, по их подсчетам, почти 350 километров!
– Одного владельца земли, окружившего поле траншеями, мы спросили: для чего, зачем? Он говорит: от скота. Но от скота можно ведь изгородь поставить! А потом мы узнали, что и на севере Казахстана есть такие рвы. Фонд Михаэля Зуккова, стипендиатом которого я являлась, очень обеспокоен происходящим, – говорит Марина Чирикова.
Добавим: не только он. Ученый из Германии Тиль Дитерих, много лет работавший в Казахстане, написал в письме алматинским коллегам: “Какая катастрофа! Траншеи хуже, чем дороги, потому что у животных есть шанс перейти дорогу. А здесь у них есть шанс, только если кто-то пожалеет и спасет”.
“Снова весна, и новые сотни черепах, змей и ящериц будут гибнуть в траншеях. Очень жаль животных, – вторит ему участник экспедиции в Сарыагашский район, эксперт Международного союза охраны природы и природных ресурсов Марк Пестов. – Траншеи становятся западней и для крупных жуков, которые тяжело летают или не летают совсем. Им не подняться с большой глубины и не выбраться по высоким вертикальным стенкам. Из той поездки я привез для личной коллекции два экземпляра довольно редкого жука – навозника гигантского, или тмола: к моменту обнаружения оба насекомых, конечно, были мертвы”.
Свою озабоченность высказывают все, кто так или иначе узнал о сложившейся ситуации. Олимпийское спокойствие хранят минсельхоз Казахстана и местные государственные природоохранители.
– О нашей первой находке мы составили акт и отправили в комитет лесного хозяйства и животного мира, копию – в управление природными ресурсами Туркестанской области. Комитет долго не отвечал, и через месяц я позвонила туда сама, – рассказывает Марина Чирикова. – Мне сказали: да, это плохо, да, это незаконно. И всё! Какие меры будут приняты, как это можно регулировать, мы ответа не получили.
![Черепахи и желтопузики, обнаруженные в траншее, окружающей фермерское поле в Сарыагашском районе Туркестанской области (N 41,70235; E 68,61334), 7 мая 2019 г. Фото В. Терентьева](https://www.caravan.kz/wp-content/uploads/images/noimg.jpg)
Черепахи и желтопузики, обнаруженные в траншее, окружающей фермерское поле в Сарыагашском районе Туркестанской области (N 41,70235; E 68,61334), 7 мая 2019 г. Фото В. Терентьева
“КАРАВАН” тоже направил запрос – главе Туркестанской области г-ну ШУКЕЕВУ.
Наивно полагая, что информация произведет на него очень сильное впечатление. Но нет. Ответ пришел из управления земельных отношений: “Согласно требованиям Земельного кодекса РК, собственникам земельных участков не предусмотрено огораживать территорию траншеями. В случаях подобного нарушения законодательства просим обратиться в областное управление земельной инспекции”, – написали нам.
Другой запрос ушел в Специализированную природоохранную прокуратуру Туркестанской области. И на наше сообщение о гибели животных в траншеях г-н Абдиев, природоохранный прокурор, ответил: “Обращений по фактам гибели животных в связи с падением в траншеи не поступало”. Не “проверим”, не “разберемся”, а просто – “не поступало”! Наш сигнал – и не сигнал вовсе.
Можно и в зону
Не отсутствие ли законов всему виной? Ну не знают на местах, как разрулить ситуацию, – почему бы нет?
– С законами как раз всё в порядке, – не соглашается директор Центра прикладной биологии Казахстанской ассоциации сохранения биоразнообразия (АСБК) кандидат биологических наук Сергей СКЛЯРЕНКО. – У нас есть Закон “Об охране, воспроизводстве и использовании животного мира”, есть Экологический кодекс, где говорится: “Места размещения предприятий, сооружений и других объектов, … которые влияют или могут повлиять на состояние животного мира, согласовываются с уполномоченными государственными органами в области охраны, воспроизводства и использования животного мира и охраны окружающей среды” (ст. 237). “Канавокопатели” этого, естественно, не делали. А значит, как только нарушения и мертвые животные обнаруживаются и актируются, уже можно применять “Методику определения размеров возмещения вреда, причиненного нарушением законодательства РК в области охраны, воспроизводства и использования животного мира”. И в дополнение к обязательной компенсации за гибель животных – предупреждение или штраф в соответствии со ст. 379 Административного кодекса РК. Красная книга Казахстана начинает худеть: почему иногда это хорошо
– Но даже больше подходит для этого случая ст. 338 УК РК, согласно которой “нарушение правил охраны животного мира при осуществлении производственных процессов, … повлекшее массовое уничтожение или гибель животного мира, … наказывается штрафом в размере до трех тысяч месячных расчетных показателей либо исправительными работами в том же размере, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет”. Куда яснее?
Оказалось, АСБК тоже направляла запросы по факту гибели пресмыкающихся в природоохранные структуры Туркестанской области.
– Ответ из управления земельной инспекции был великолепен: нам сообщили, что для принятия мер мы должны предоставить в инспекцию фамилию, имя и идентификационный номер физического или юридического лица, которое нужно проверить. Это все равно, что полиция, принимая заявление, спросила бы ИИН и имя преступника! – говорит Сергей Скляренко. – Я думаю, что мы имеем дело просто с отсутствием контроля за исполнением закона на местах. Территориальная инспекция лесного хозяйства и животного мира, полиция, прокуратура должны выполнять свою работу по защите животных. После пары дел с компенсацией ущерба и штрафами владельцы полей сами зароют свои траншеи.
Кстати, замечательный по итогам прецедент был в соседней России. Сельхозпроизводитель из Бурятии сделал по периметру участка траншею глубиной в 1,5 и шириной 0,7 метра (у нас – 2,20 на 1,40). Общая длина составила чуть больше 48 километров. Никто не пострадал.
Но: государство предъявило “канавокопателю” иск в 70 миллионов рублей за одно только “самовольное снятие и перемещение плодородного слоя на площади 3,5 гектара”!
В другой раз копать точно не станет. Но почему у нас этого не делают? Может, стоит посмотреть, кто они, владельцы полей со средневековыми замашками?
А мы их – в суп!
– В Туркестане есть и другая проблема с редкими животными, – говорят в Институте зоологии. – Восточных удавчиков массово отлавливают, чтобы готовить лечебные супы. Это стало каким-то сумасшествием. Люди верят, что такой суп помогает вернуть здоровье. Наша коллега под видом клиента проникла в один из специально построенных на окраине Туркестана домов, где проводится экзотическое “лечение”. Курс – 10 дней. Тарелка супа – 10 тысяч тенге. Койка – бесплатно.
Несчастных удавчиков держат в больших коробках и ящиках вполне открыто, хотя изымать из природы животных просто так никто не имеет права.
Мы, ученые, не можем получить разрешение на отлов очень распространенных в природе ящериц, необходимых нам для исследований, – такие строгие правила в Казахстане. В 2017 году подали заявку, в которой просили разрешения на сбор мертвых краснокнижных варанов. Они выходят на дорогу поохотиться или погреться, и их давят в огромном количестве. Ценный в научном плане материал пропадает. Но только представьте: для этого специальное постановление правительства требуется! В тех же траншеях мы от мертвого удавчика отщипнули для ДНК-анализа чуть-чуть тканей, остальное пришлось оставить. А массовое уничтожение животных просто никого не волнует.
АЛМАТЫ